play
pause
  • $ 65.31 ↓
  • € 75.37 ↑

Дмитрий Рогозин: про концерн «Калашников»

07:41, 31 мая, 2013
07:41, 31 мая, 2013
6606
0
0

Вице-премьер о концерне, авторских правах, экс-министре обороне и протестных настроениях.

Ижевск. Удмуртия. Зампредседателя Правительства России Дмитрий Рогозин побывал в Ижевске. Это уже второй визит в республику автора идеи создания концерна «Калашников» и объединения под этим названием военно-промышленных предприятий. Посетив Ижмаш, Рогозин рассказал о перспективах образования концерна и о векторах его развития.
- Вы уже второй раз приезжаете в Удмуртию. Что ждать оружейникам?
- Хочу сказать, что пребывание на предприятии Ижмаш для меня символично. Поскольку, по сути дела это была одна из моих первых поездок, как заместителя председателя Правительства Российской Федерации, председателя военно-промышленной комиссии, и тогда мы с вами говорили о ситуации на предприятии, как о очень сложной. Отсутствие заказов в лице Министерства обороны, которое считало, что и так довольно автоматов и пулеметов в масле на складах и арсеналах, и не нужно ничего покупать новое, и этого хватит на долгие-долгие годы. По сути дела было крайне жесткое экономическое положение предприятия, текучесть кадров, и самое главное – кадров руководящего состава, которые не удерживались на предприятии, их как ветром сдувало. Отсюда разочарование у людей, ощущение того, что легендарное предприятие закатывается как солнце в конце дня, и конечно, эта ситуация была нетерпима.
Нам изначально было понятно, что самое сложное в российской оборонке, как это ни странно звучит, это не производство оружия для стратегических ядерных сил, или скажем высокоточного оружия, или авиации, судостроения. Как ни странно, самое сложное было именно это – стрелковое производство, спецхимия и производство боеприпасов. Что в принципе связано воедино. Вытягивая отрасль, нужно было сосредоточиться на конкретном одном предприятии, которое выживая, может вытянуть все остальные. И нами было принято решение, что такого рода предприятием будет прежде всего Ижмаш, в целом ижевский куст – Ижмаш, Ижмех. Далее по мере оздоровления этих предприятий, к ним будет присоединяться в единой системе координат, единой продуктовой линейке, в единой стратегии экономического развития другие крупнейшие предприятия, которые достались нам в наследство от советской оборонки. Это и тульский куст, это и Москва, это Кировская область, и некоторые другие наши предприятия и заводы. Должен быть кто-то один, кто будет барахтаться и вылезать из этой трясины. В этой связи было принято решение о направлении на руководство данного предприятия новой команды, которая по сути дела обещала, что свяжет с этим предприятием свой путь, самореализации, как гражданской, так и профессиональной. И мы на эту команду сейчас возлагаем большие надежды, и на эту команду возлагает большие надежды и государственная корпорация Ростехнологии.
Еще одна важное решение, которое было полностью поддержано президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным, это решение, связанное с использованием имени легендарного, выдающегося конструктора Михаила Тимофеевича Калашникова. Вот мы сочли важным и нужным, я предложил это президенту, президент это поддержал, создать концерн «Калашников». Выйти именно с этим, как сейчас говорят модно, национальным брендом на мировой рынок, и начать не только консолидацию активов, прежде всего человеческих и конструкторских активов, промышленных активов под этим национальным российским брендом «Калашников», но и жестко драться за российскую интеллектуальную собственность на внешних рынках. Известно, что во многих странах, в том числе, так называемого цивилизованного мира, которые часто заставляют Российскую Федерацию бульдозерами топтать контрафактную продукцию, в виде всевозможных DVD-фильмов. Вот в этом цивилизованном мире почему-то полностью отсутствуют нормы этики и нормы защиты интеллектуальной собственности и авторских прав на то, что касается продукции, произведенной на территории нашей страны. И когда во многих государствах сегодня приделывают бантик к автомату Калашникова и называют его иным именем, не собираясь при этом платить России необходимые средства, и прежде всего конструктору, который создал это уникальное оружие, конструкторскому коллективу, предприятию, которое создало это оружие, эта ситуация нетерпима.
Поэтому мы связываем с созданием концерна «Калашников» большие также надежды на то, что они смогут наладить достойную, серьезную, последовательную, жесткую юридическую работу по защите национальных интересов страны, прежде всего в вопросах защиты авторских прав.
В-третьих, мы считаем крайне важным, чтобы в рамках концерна «Калашников» была развернута новая конструкторская мысль, новые достижения, новые идеи были положены в основу создания нового современного оружия. Парадокс ситуации состоит в том, что РФ сегодня приходится воевать не столько высокотехнологичными какими-то, стратегическими средствами борьбы. Нам приходится защищать жизнь граждан РФ тем, что входит в экипировку военнослужащих внутренних войск, вооруженных сил, ФСБ, других наших правоохранительных органов. Против нас развязана террористическая война, мы должны на нее достойно ответить. Прежде всего, уберечь собственных людей. Поэтому наше оружие должно быть совершенным, оно должно быть крайне надежным, оно должно быть обеспечено всем необходимым – средствами связи, оптики, чтобы видеть врага раньше, чем он видит нас, чтобы поразить его до того, как он сможет надеяться, что сможет поразить нашего военнослужащего. В этой ситуации нам нужен новый вектор.
Уникальность разработки Михаила Тимофеевича Калашникова состоит в том, что это совершенное оружие. Очень сложно создать оружие более совершенное, чем само совершенство. Но надо двигаться по этому пути, пути создания модульного оружия, удобного и эргономичного, специального оружия для применения в самых разных средах и ситуациях, оружия, которое будет не только на поле боя вместе с военнослужащим, оно должно жить вместе с ним, военнослужащий должен прожить 24 часа в сутки вместе с оружием и знать точно, что это его надежный друг, который никогда не подведет. Вот такое оружие надо создать российским оружейникам.
Поэтому сегодня нам предстоит обсудить, прежде всего, организационные и правовые основы и экономические основы создания концерна «Калашников». Надо выходить на финишную прямую. Ко дню оружейника, который мы будем праздновать в этом сентябре, в Ижевске будем проводить федеральные мероприятия, надо иметь концерн уже в качестве зарегистрированного юридического лица. И организовать все необходимые работы внутри по консолидации конструкторской мысли, по формированию программы технологического перевооружения производства, по созданию программы соединения на базе Ижмаша, Ижмеха других производств, прежде всего боеприпасного производства. Потому что оружие без боеприпасов – это просто железка. Это просто оружие, что называется уже непосредственного контакта на поле боя. А нам необходимо оружие, которое будет поражать на дистанции. Поэтому надо создавать также и задуматься, об этом поговорим тоже, о создании собственного производства в рамках концерна «Калашников» по боеприпасам самых разных видов, самых разных возможностей, экспансивных боеприпасов, так и с повышенной бронебойностью. 

- Что получат от создания концерна рядовые работники?
- Работу и чувство творческой самореализации — вот самое главное что хотят получить люди в результате наших действий. Когда мы обсуждали этот вопрос с президентом России Владимиром Путиным, он сразу среагировал. Он все это выслушал, что я ему докладывал — задумка, соединение потенциала промышленного, интеллектуального, технологическое обновление. Вот я сегодня зашел в старые цеха, надо менять, безусловно, чем быстрее, тем лучше. Но поменять все на всех заводах, во всех цехах денег не хватит на социальные, другие программы. Поэтому нам нужно сконцентрировать ресурсы на самых важных задачах. Главная задача — это люди, то есть их надо сохранить, соединить, усилить конструкторское бюро, создать некую внутреннюю конкуренцию конструкторской мысли, с другой стороны провести технологическое обновление. Снять старые долги, в том числе теми руководителями, по которым сейчас уголовные дела ведутся. Ситуация безобразная, если так разобраться, между нами говоря, поэтому и действия наши будут решительные. А вот после этого, получив заказ на новое технологическое оборудование, обеспечить работу людям, причем не просто работу, а работу интересную, связанную с разработкой новых видов оружия, которые необходимы нашим правоохранительным органам, вооруженным силам, и конечно зарплаты, они вырастут тогда, когда будут заказы. Сейчас только придут заказы. Специально мы это держим, и Ижмаш и Ижмех мы будем поддерживать, но это все ну не мертвому припарки, но не так принципиально. Принципиально все будет после формирования концерна. Когда я Путину все это изложил, он сказал, не забывайте социальный вопрос. Люди — это самый главный потенциал. Если люди уйдут, то сколько денег мы бы не вложили, это будут просто пустые деньги, потраченные зазря. Вот об этом сегодня как раз и шла речь — о дорожной карте, как говорят у нас дипломаты, то есть о плане конкретных действий, об ответственных лицах для того чтобы провести санацию предприятия, оптимизировать, то есть уточнить продуктовую линейку, чтобы не было дублирования в производстве одного и того же под разными марками. В-третьих, понять, кто нам действительно нужен на каких позициях. И определить порядок вложения средств со стороны госкорпорации «Ростехнологии», для того чтобы провести технологическую модернизацию производства. Вот это был сейчас сложный разговор, довольно эмоциональный. Второе это мое посещение Ижмаша. Первое было в самом начале, когда я приехал сюда. Регулярно занимаюсь этим вопросом. В курсе, в теме, военно-промышленная комиссия отслеживает эту тему. Мы доведем ее до конца. Я сегодня сказал: вне зависимости от сложности, которая будет стоять на пути, люди, которые будут стоять на пути, которые не хотят по-доброму понимать, что мы делаем или проблемы финансовые технологические. Мы все это снесем, все эти проблемы. Они у нас на пути стоять не будут. Концерн будет. Это будет мирового уровня концерн, ультрасовременный, способный на равных конкурировать с мировыми брендами стрелкового оружия. Я это гарантирую. К сентябрю у нас будет уже ясность по юридическому статусу, а дальше работа будет продолжаться. Это ж вон какая махина-то, это ж надо сдвинуть. Годами накапливались проблемы, отсутствие заказов, отсутствие, в том числе, ясного видения заказчика в лице министерства обороны. Сердюков все говорил, у меня все есть, автоматов куча, море, все в масле, ничего покупать не будем. Объяснял 200 раз, что нельзя так себя вести, что если заказов не будет, то то, что еще теплится, оно умрет. Люди не могут вечно ждать, получать копейки заработную плату. Поэтому сейчас с новым руководством министерства обороны взаимопонимание появилось. Появилось понимание как довести до ума то оружие, которое уже есть в войсках и как параллельно создавать новые образцы. В том числе, возможно, потребуется и решение вопросов международного плана с тем чтобы расширить рынок военнотехнического сотрудничества, рынок экспорта нашего оружия. Использовать марку «Калашников», которая бронебойна сама по себе. Странно, что до этого никто раньше не додумался создать концерн под его именем Михаила Тимофеевича. Я ему сердечно благодарен. Это мой главный первый советник вообще на посту председателя военно-промышленной комиссии.

- Кто является противником создания концерна «Калашников»?
- В принципе это нормально, что какая-то группа людей, правда я не знаю действительно они работают на предприятии или просто такие добровольцы, воздыхатели. Но это не важно. В любом случае если появляется даже какой-то критицизм или скептицизм по отношению к нашим задумкам, мы должны быть абсолютно прозрачны, потому что дело касается огромного количества людей, которые давно уже ждут изменения к лучшему. Поэтому первое, что я считаю необходимым директору Ижмаша, чтобы они нашли в своем графики время, день для личных встреч подобного рода. Надо просто проводить, снимать. Я сегодня, когда был в Воткинске, когда люди стали махать, я к ним подошел, поговорил с ними. Я не думаю, что это пользу принесет, но по крайней мере говорить, что мы отмахнулись от каких-то протестных настроений это глупость конечно. Надо всех выслушать, может действительно что-то толковое скажут. Второе, я сегодня общался с большим количеством людей, работающими на предприятии. Это молодые конструкторы и работники предприятия. Ну, представим себе что есть элементы постановки. Но это первые секунды, а вторая, третья секунды, когда я начинаю с ними разговаривать я вынимаю из них то, что у них внутри. Я почувствовал что они верят нам, верят в то, что то что мы делаем приведет к какому-то успеху. Куда деваться. Ну, давайте сейчас белые простыни наденем и пойдем на кладбище хорониться самостоятельно. Но это ж не выход. Единственный выход из этой ситуации — жестко двигаться вперед, всех заставить работать. Не просто вытянуть какое-то конкретное предприятие, а создать мощный национальный концерн, который сначала объединит 1-2 предприятие, потом к нему добавятся другие, к примеру, вятскополянский завод «Молот», или скажем Тульский оружейный завод в будущем. То есть это огромный куст, который мы должны собрать. Поймите, в Советском Союзе были построены заводы-гиганты. Вы на Ижмаш зайдите. Там что автоматы делать? Там авианосцы надо делать, там потолки смотрите какие. Такие потолки, такие площади. Это ж обогреть невозможно. Это ж какие накладные расходы такие, но в советском союзе с такими расходами не считались. Мы готовились к войне со всем миром, но сейчас мы должны по-другому к этому относиться — деньги считать, людей жалеть, думать, как будет поступательно расти зарплата, самых умных, талантливых зазывать на эти предприятия. Другого пути, как только идти напролом, как авианосец я не вижу. Поэтому протесты какие-то пока я там видел двух человек. Но возможно их четверо, возможно их пятеро, но даже если там один человек не понимает, значит надо объяснять, потому что дело касается большого национального проекта возрождения стрелкового оружия, а Россия всегда гордилась такого рода изделиями. Еще с петровских времен, да еще и с допетровских времен. Я, честно говоря, думал там пожестче. За мою политическую жизнь встречались и более серьезные контрдействия. Но еще раз говорю надо просто с людьми разговаривать. Ведомости, которые я посмотрел по зарплате. Человек поработал 11 дней - заплатили 10 тысячи рублей, а сколько он за 30 дней получил бы, наверно больше. Возможно здесь проблемы недозагрузки предприятия. Возможно, люди работают какую-то часть своего времени. Но другого варианта, как только двигаться, как я говорю у нас нет, и поэтому я получил сегодня от людей поддержку. Они мне сказали: ладно подождем еще, верим. Поэтому эта вера, надежда она нас вдохновляет.
6606
0