• $ 63.85 ↓
  • € 70.42 ↓

Как врать на митингах в Камбарке и из ученого стать полит-активистом

14:16, 06 сентября, 2019
14:16, 06 сентября, 2019
2432
0
Фото: Пресс-служба Главы и Правительства Удмуртии
0

Международный эколог прокомментировал заявления кандидата химических наук Алексея Трубачева о перепрофилировании объекта УХО в Камбарке.

На днях в Камбарке прошел митинг, организаторы которого в очередной раз потребовали прекратить все работы по перепрофилированию объекта по уничтожению химического оружия. Пусть остается так, как есть, считают активисты.

Позиция местных активистов всех мастей проста и выражена словами Уильяма Шекспира из пьесы «Отелло»: «…Так не доставайся же ты никому!», после чего мавр задушил блондинку. Вот только в Камбарке решается вопрос далекий от театра. Решается вопрос самой судьбы города, рабочих мест, развития территории. Вопросы национальной безопасности: защиты окружающей среды от опасных отходов, защиты здоровья населения региона и экологической безопасности всей страны.

Впрочем, в ожидании нового электорального цикла выборов в местные муниципальные органы, активистам важнее как можно более громко заявить о себе. Удивительно, но на поводу у спекулирующих на теме еще даже не спроектированного объекта идут серьезные люди. Например, ученые, некогда сделавшие себе имя на проектировании вариантов дальнейшего использования мощностей по уничтожению химоружия. Так на митинге в Камбарке кандидат химических наук Алексей Трубачев выступил с яростной критикой проекта, которого еще нет. А ведь когда-то он написал статью, в которой подчеркивает экологическую и экономическую эффективность организации процессов обезвреживания опасных веществ на базе объекта по уничтожению химического оружия «Камбарка». 

Вот цитата из статьи Трубачева: «Промышленная инфраструктура объекта УХО в г.Камбарке создана под химические способы обезвреживания высокотоксичных веществ. Поэтому для снижения затрат на перепрофилирование объектов, замену оборудования, сокращения времени работ по перепрофилированию объектов целесообразно, чтобы характер вновь создаваемых производств на этих объектах был близок к профильному. В качестве одной из возможностей использования объекта является реализация на нем процессов обезвреживания опасных веществ техногенного происхождения, таких как некондиционные ядохимикаты, хлорорганические и ртутьсодержащие отходы». То есть ранее ученый поддержал перепрофилирование объекта. Теперь, когда по объекту в Камбарке даже еще нет проекта, он почему-то выступает резко против.

Руководитель международной экологической организации «Беллона» Александр Никитин дал комментарии к интервью Алексея Трубачева, опубликованному в одном из местных СМИ. Эксперт полагает, что Трубачев многие факты переиначил, на некоторые вопросы высказал свои ошибочные предположения, а часть вопросов начал комментировать, не обладая информацией и соответствующими знаниями. Далее курсивом комментарии Александра Никитина.

·         Алексей Трубачев заявляет, что уничтожение люизита и обезвреживание отходов 1 и 2 классов опасности «никак между собой не связаны».

В этом он совершенно прав. Но кто сказал, что в Камбарке и на других предприятиях будет применена та же технология, что при уничтожении химического оружия и эти процессы будут связаны?

Речь идет о том, что будут использованы территории, строения, транспортные коммуникации и отдельное оборудование, (например, транспортное, хранилища, системы охраны, лаборатории и т.д.), а также персонал, который работал на этих предприятиях, для решения задачи обезвреживания и переработки отходов 1 и 2 класса опасности. Поэтому не надо быть кандидатом химических наук что бы понять, что уничтожение химического оружия и обезвреживание опасных отходов - это два разных процесса и в них будут применяться разные технологии и оборудования.

·         Алексей Трубачев заявляет, что заводы по экологически чистой переработке батареек чрезвычайно дороги, строительство одного такого предприятия стоит 50-60 млрд рублей.

Непонятно, откуда взялась эта цифра. С таким же успехом можно назвать другую сумму, например, 50-60 млрд. долларов. Только после того, как новые технологии и технико-экономическое обоснование будут представлены РосРАО, можно будет обсуждать сколько стоит переоборудование завода в Камбарке и других местах.

·         Алексей Трубачев заявляет, что отходов I и II классов опасности, в общей сложности их более 300 (отходов I класса - 60, отходов II класса – 282).

Однако, в справочнике ФККО не «более 300», а точно 444 наименования отходов этих классов.

·         Алексей Трубачев заявляет, что по данным Росприроднадзора, в России образуется в год около 20 тыс. тонн отходов I класса опасности и примерно 220 тыс. тонн отходов II класса.

Однако, в настоящий момент нет корректной статистики по количеству отходов I и II класса, которые уже образованы и которые образуются в течении (например) года. Статистика не соответствует реальности. Поэтому одной из задач нового проекта, это создание государственной информационной системы (ГИС) с помощью, которой нужно все-таки определить где, что и сколько. А сегодня, у каждого своя статистика и своя правда. Отходы 1 и 2 класса это чрезвычайно и высоко опасные отходы за образованием, перемещением, хранением, переработкой и т.д. необходим строгий контроль, который ни одно частное предприятие организовать и реализовать не сможет. Это примерно то же самое как опыт обращения с радиоактивными отходами, который есть практически только у РосРАО.

Передел рынка несомненно будет, но цель – это прежде всего привести этот рынок в безопасное для окружающей среды и людей состояние.

·         И наконец, Алексей Трубачев уверен, что речь идет не переработке опасных отходов, а об их частичном обезвреживании и захоронении. Он считает, что их будут завозить, каким-то образом обезвреживать, остекловывать, битумизировать, помещать в бочки и закапывать. Именно такие технологии захоронения радиоактивных отходов по его мнению использует РосРАО.

Однако, что касается строительства «новых полигонов для захоронения отходов (1 и 2 классов), то это фантазии, которые никем и ничем не подтверждены. Ни на одном объекте, включая Камбарку не проектируется полигона для захоронения.

И совсем уже из «области незнаний» кандидата наук – это о том, как РосРАО захоранивает радиоактивные отходы, и даже «ядерные». Нельзя об этом говорить путая ядерные и радиоактивные отходы. И про Новоуральск все не так. Поэтому, давая интервью лучше не касаться тем, в которых нет знаний.

В целом, предприятие Росатома - РосРАО выбрано как фундамент для создания новой организации под названием «Федеральный оператор по обращению с отходами 1 и 2 классов опасности». Площадка РосРАО использована только потому, что эта организация имеет опыт того, как организовать процесс обращения с опасными отходами и как контролировать этот процесс. У других организации такого опыта нет.

Говоря о «переделе рынка» надо понимать, что все частные компании и «другие лавочки», которые сегодня занимаются вопросом обращения с отходами 1 и 2 классов, никуда не денутся. Но безопасность, система контроля и учета их интересует не в первую очередь. Поэтому в этот процесс должно было вмешаться государство для того, чтобы выстроить федеральную схему обращения с отходами 1 и 2 классов, создать ГИС и другие звенья этого процесса.

Представители РосРАО также заявляют, что на планируемом производственно-техническом комплексе по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов I-II классов (ПТК) в Камбарке не предусмотрено никакого захоронения отходов. Задача создаваемых мощностей – переработать данные отходы и максимально вернуть их полезные компоненты в хозяйственный оборот. Проведённый специалистами анализ состава отходов I и II классов опасности показал, что в них содержится значительное количество металла, пластика, стекла, минеральных инертных сред, загрязненных опасными химическими веществами. Все это после очистки и обезвреживания является вторичным сырьем, поэтому продукты переработки планируется реализовывать в качестве готовой продукции.

Далее схематично представлен производственный процесс переработки основных отходов I и II классов опасности:

Картинка 1.png

Картинка 2.png

Картинка 3.png

При этом Александр Никитин отметил, что все технологии и все шаги по созданию системы обращения с чрезвычайно опасными и опасными отходами необходимо обсуждать с общественностью и экспертами и добиваться того, что бы это было для них приемлемо. Он выразил надежду, что вновь созданный «Федеральный оператор» это тоже понимает.

По словам представителей РосРАО, проектная предельная мощность ПТК «Камбарка» составит 50 тыс. тонн отходов I и II классов. Однако это не означает, что именно такой объем отходов будет на него завозиться. Мощность предприятия спланирована с учетом промышленного развития регионов. На нем не планируется перерабатывать отходы из-за рубежа.

За границей есть свои подобные предприятия, которые зачастую расположены в черте городов. На них перерабатываются не только твердые бытовые отходы, но и отходы I-II классов.

Карта_заводы_Европа.jpg

Представители РосРАО отмечают, что приведенная в интервью Алексея Трубачева информация о планируемой утилизации на ПТК «Камбарка» ядерных (радиоактивных) отходов не соответствует действительности. Прием радиоактивных отходов на ПТК «Камбарка» исключен, поскольку мощности для работы с радиоактивными отходами в России уже существуют и их достаточно.

 По плану реализации проекта в 2019 году начнется первый этап по передаче объектов инфраструктуры завода по утилизации химического оружия, начнутся изыскания, которые необходимы для подготовки проектной документации.

В 2020 году проект перепрофилирования завода будет представлен на общественное обсуждение, после чего должен будет пройти государственную экологическую экспертизу.

Конкретные виды и объемы отходов, планируемые к переработке на производственно-техническом комплексе «Камбарка», будут представлены в проектной документации.

Осенью этого года ФГУП «РосРАО» представит предпроектные решения.

Наша справка: «Беллона» (англ. Bellona) — влиятельное международное экологическое объединение. Центральный офис объединения находится в столице Норвегии — городе Осло. Объединение «Беллона» начало свою работу как неправительственная организация 16 июня 1986 года. В конце 1980-х годов «Беллона» получила известность благодаря зрелищным акциям, организованным против ряда норвежских промышленных компаний. С 1996 года название «Беллона» встречалось в российских СМИ после публикации доклада о радиационных опасностях на Северо-Западе России, вызвавшего недовольство российских спецслужб. Бывший офицер флота Александр Никитин за сотрудничество с экологами был арестован, ему предъявили обвинение в шпионаже. Дело Никитина закончилось полным снятием всех обвинений.

2432
0