Закрыть

Twitter, молчать!

Сейчас я вам расскажу один из старых-старых анекдотов, «запикивая» в нём матерные слова. Итак, разговаривают два подсобных рабочих на стройке, которые носят на носилках раствор каменщику.

Первый: - На пи-пи- до пи-пи напи-пи-пи? Разпи-пи, напи-пи!

Второй: - Ни пи-пи ни до пи-пи! Попи-пи, на пи!

Если перевести его на литературный язык, без мата, он будет куда менее забавен. История прозвучит примерно следующим образом.

Первый: Зачем ты положил на носилки столь много раствора? Нам ведь очень тяжело нести это нашему уважаемому каменщику!

Второй: Дорогой товарищ! Надо потерпеть, чтобы наш уважаемый каменщик не простаивал без работы и всегда имел под рукой раствор. Да и не так много я его положил! Пойдём, пожалуйста!

Вы со мной, конечно, согласитесь – это уже не разговор двух нормальных рабочих, а милое воркованье двух голубков, осуждённых на 15 суток за хулиганство на митинге  в защиту гей-парада.

Излишним было бы говорить о том, что матерная лексика – это часть нашего великого и могучего языка, что она использовалась, используется и будет использоваться в живой жизни русскоговорящего народа. Не буду сейчас распространяться и на тему, что кто-то из нас – меньшая, к сожалению, часть – умеет красиво выразить свою экспрессию через ненормативную лексику, а кто-то нет. 

Но и красивый мат должен быть камерной, даже  интимной вещью. К сожалению, его много не только на улицах и площадях, его слишком много на виртуальных просторах.

Каюсь, я много раз нарушал этот принцип камерности и нецензурно ругался, особенно в твиттере.. Хочется, конечно, надеяться, что мой мат хоть иногда звучал красиво и к месту. Но и с этим нужно кончать.

 Сегодня я даю себе – зарок, а читателям – обещание, что постараюсь никогда более не материться в присутственных местах, как бы ни вынуждали меня к этому обстоятельства. Призываю последовать моему примеру всех  политиков, художников и нормальных граждан республики! 

Особенно обращаюсь к «жителям блогосферы», где нецензурная брань стала едва ли не нормой. Интернет – это не территория вседозволенности, надо, чтобы интернет-сообщество само с этим согласилось, иначе за наведение порядка на этой «поляне свободы» вынуждены будут взяться государственные институты. А то, что интернет можно контролировать, кто-то сомневается? 

Никого не пугаю, но каждого зову понять и осознать элементарное. Не только прямой мат или откровенное хамство, даже неловкое слово, изречённое устно или брошенное в Сеть, очень легко может обидеть человека другой национальности или другой религии. Я обращаюсь ни к тем, кто идёт на это сознательно, этими согражданами пусть занимаются  офицеры из управления «К». Я обращаюсь к тем товарищам, которые могут это сделать, пребывая в  возбуждённом эмоциональном состоянии или желая втиснуть в короткую строку твиттера как можно больше экспрессии. 

Ребята! Не сомневайтесь, что найти автора оскорбительных для общественной морали или основ государства лозунгов, написанных на бескрайней стене интернета, будет, при желании, легче, чем отыскать хулигана, начертавшего на заборе три известные буквы, из которых состоит  рассказанный мной в начале анекдот. Здесь к месту вспомнить  опыт Китая, где на всемирную паутину наброшена сеть государственного контроля и регулирования. И в России тоже достаточно одного политического решения, после которого  миллионы пользователей поумнеют, как обычно, с опозданием, и  в один голос пропоют отлитый золотом в камне афоризм «Свобода лучше, чем несвобода».

… Где-то встретилось предложение решить проблему мата в сети оригинальным  образом – предусмотреть на русской клавиатуре специальную клавишу. Любопытно, что именно должно появляться после удара по ней? Символ  детородного органа или «пи-пи-пи»? Формально это будет решением вопроса, но  по сути всё осталось бы по-прежнему. 

Ещё один анекдот в тему. Поручик Ржевский с офицерами едут на бал. На этот раз они дали друг другу слово не материться и не говорить двусмысленностей девицам. В залу вбегает Наташа Ростова (очевидно, это бал у Иогеля – учителя танцев, который устраивал балы для подростков, поэтому Наташе и позволительно именно вбежать, а не войти в залу).  Ржевский поднимается ей навстречу и только-только открывает свой рот, как тут же все его товарищи разом кричат: «Поручик, молчать!»

Сможем мы сами, как эти офицеры из анекдота, остановить матершинников в Сети или это сделает за нас некий карательный орган?

* Заметки в блогах являются собственностью их авторов, публикация их происходит с их согласия и без купюр, авторская орфография и пунктуация сохранены. Редакция ИА «Сусанин» может не разделять мнения автора.

991
0