play
pause
  • $ 66.85 ↑
  • € 75.81 ↑

Реформа - матерное слово

09:12, 07 апреля, 2005
Николай Санников
09:12, 07 апреля, 2005
Николай Санников
444
0
444
0

Известный диссидент Синявский утверждал, что у него с советской властью расхождения стилистические. У нынешнего российского правительства возникли похожие стилистические проблемы с собственным народом

Известный диссидент Синявский утверждал, что у него с советской властью расхождения стилистические. У нынешнего российского правительства возникли похожие стилистические проблемы с собственным народом. По крайней мере, первый вице-премьер Александр Жуков предложил исключить из официального оборота слово "реформа", чтобы не нервировать людей, заменив его термином "изменения к лучшему". Правда, почему всякие изменения должны быть к лучшему, чиновник не пояснил, а использовать только слово "изменения" счел, надо полагать, рискованным из-за ненормированного обилия возможных вариантов (к худшему, к ужасному, к старому, к дождю, к урожаю, к отставке+).
Свое важное стилистическое заявление Александр Жуков сделал на ежегодной конференции в Высшей школе экономики. Участвовавшие в ней другие высокопоставленные представители Белого дома и Кремля тоже наговорили ужасов, употребляя слово "реформа" и не употребляя его.
Кривая полумертвая дурно пахнущая дебилка - так охарактеризовал современную экономическую политику советник президента Андрей Илларионов. Буквально он сказал следующее: для экономической политики в современной России характерны "деформация, деградация, гниение и умирание". Как видите, без запретного слова обошелся, а получилось все равно хорошо. И главное - никакого раздражения ни в народе, ни в элитах. Мог бы вместо всего этого сказать "изменения к лучшему", как предлагает Жуков? Мог бы. Но почему-то не стал.
Министр экономического развития и торговли Герман Греф заявил, что у нас нет кризиса идей - есть кризис управления. Греф сказал очевидное. Попытка повысить управляемость привела к противоположному результату. В результате реорганизации правительства вместо 50 ведомств образовалось 80. Многие из них не только не встроились в общую конструкцию власти, но до сих пор даже не имеют элементарных регламентов, то есть свода правил и полномочий собственной деятельности.
Греф - видимо, назло Жукову - чаще других употреблял слово "реформа". Он говорил о том, что легко проводимых реформ не осталось - только непопулярные и болезненные. А ведь мог, чтобы народ не беспокоить, сформулировать свою мысль иначе. Например: у нас в программе остались только болезненные изменения к лучшему. Хотя Греф и помимо запрещенных слов наговорил много лишнего. Он сказал, например, что в сегодняшней экономической структуре бессмысленно наращивать инвестиции. Больше денег - больше неэффективности, продолжал свою крамолу Греф.
Министр финансов Алексей Кудрин в очередной раз потребовал: руки прочь от Стабилизационного фонда. Его не прямо высказанная идея состоит в следующем. Вам сейчас денег отгрузи для разных там "точек роста", "инвестиционных программ" и прочей муры - вы их просадите без всякого видимого результата, а отвечать перед партией и народом буду я, министр финансов. И деньгами из казны для погашения недовольства и карьерой своей тоже.
Вся эта принародная разноголосица ключевых людей во власти никак не клеилась с опубликованными накануне в "Эксперте" заверениями главы президентской администрации Дмитрия Медведева о единстве команды, о том, что групповые противоречия во власти - не более чем штамп, легенды и мифы российской журналистики. Конференция в высшей школе экономики показала, что легенды слагают не зря.
Интересно, что именно на разных конференциях и международных симпозиумах публика узнает о той жесткой и бескомпромиссной борьбе мнений и групп, которая происходит в Кремле и Белом доме. Владимиру Путину удалось перекрыть практически все утечки информации из властных структур. Чиновники боятся разговаривать с журналистами - инсайдеров в администрации ни у кого не осталось. Точки сброса внутренней информации перекрыты. Вот в Белом доме и Кремле и происходит интоксикация от знаний, которые надо держать при себе. Поэтому на немногих публичных мероприятиях, где еще позволено участвовать чиновникам высших рангов, их всех и прорывает.
Особенно сейчас, когда еще не прошел испуг от политических последствий монетизации льгот, а до нового избирательного цикла осталось чуть больше года. О каких реформах может идти речь в таких условиях? Только об изменениях к лучшему. Жуков, может быть и не прав, но абсолютно честен. Зачем говорить о реформах, которых и прежде-то не было, а теперь уже точно не будет. Так что забудем это слово как неуместное и непристойное.
http://ej.ru/dayTheme/entry/655/
444
0