• $ 64.12 ↑
  • € 70.6 ↓

Председатель правительства Удмуртии Ярослав Семенов рассказал в «Кофемолке» как купался в фонтанах

12:30, 21 декабря, 2018

Оказалось, что глава республиканского кабмина слушает русский рок и более 20 раз прыгал с парашютом

Ижевск. Удмуртия. Председатель правительства Удмуртии Ярослав Семенов признался в «Кофемолке», что на день ВДВ купался в фонтанах.

Оказалось, что глава республиканского кабинета министров на досуге не прочь послушать группы «Король и шут» и «Гражданскую оборону». С парашютом бывший десантник больше прыгал «на гражданке», чем в армии, но общее количество прыжков назвать не смог - на втором десятке сбился со счёта.

Кофемолка - выпуск 67: Ярослав Семенов в гостях у Энвиля Касимова

Uploaded by ИА Сусанин on 2018-12-21.


Энвиль Касимов: Кофе пьёте?

Ярослав Семёнов: Да, пару кружек в день. Не особо в нем разбираюсь, просто: вкусно – не вкусно.

Кто для вас Сусанин?

Первое, что приходит в голову, это одно из уважаемых изданий. Если говорить про народного героя, то я не столь силен в истории, чтобы какое-то свое мнение сформировать по нему.

Кем вы мечтали стать в детстве?

Лет в 7 хотел стать врачом. А потом лет в 9 в пионерском лагере в шутку услышал про себя от воспитателя: ишь ты какой юрист, адвокат, защищает компанию. А потом в связи с тем, что у меня мама и прадед юристы, я решил пойти по этому же пути. Причём решил это уже в 9 классе.
Ещё очень хотел пройти срочную службу. И даже специально пошёл после школы в армию, хотя благодаря системе учебно-производственных комбинатов я за 9-10 класс окончил 1 курс института и мог сразу поступит на второй.

Игры вашего детства?

Я вспоминал. Но оказалось, что я даже не знаю правил игры казаки-разбойники. Играл в салки, проходил зарницу в пионерских лагерях. И командные виды спорта.

Вам повезло – вы были пионером.

Да. Мне как-то товарищ сказал, что я первым пошёл в пионеры и последним снял пионерский галстук. Я был системный, командиром «звездочки». А потом ещё в пионерском детстве был председателем отряда.

Какой была Москва в вашем детстве?

Северо-восток Москвы. Родился я в Медведково, потом переехал в Бибирево. А вторая часть Москвы, в которой детство прошло, там где бабушка жила, это Мосфильм. И, конечно, всё детство – это пионерские лагеря. 1, 2, 3 смена. Отец работал на компрессорном заводе. «Юный правдист» – самый крутой лагерь, в котором я побывал. Мой дедушка работал военруком в школе, а в этом лагере руководил стрелковым кружком. На территории лагеря стоял полноценный самолёт и футбольное поле.

В 1991 году по улицам Москвы проехали танки. Как вы это восприняли?

Тогда я учился в 7 классе и был несколько отчуждён от того, что происходит в политическом плане. Я был в пионерском лагере, и я прекрасно помню аналогию сообщения новостей с 1941 годом. Молодая красивая пионервожатая со своей подругой стоят и очень серьёзно обсуждают какие-то очень важные произошедшие изменения в стране. Потом меня забрал папа, и пока мы его ждали, какой-то молодой человек импульсивно кому-то рассказывает: везде трупы, всё плохо. Я ужаснулся, а мой дедушка – преподаватель физкультуры – ходил к Белому дому на эти баррикады, рассказывал, что его почему-то все звали «доктор». Я ходил с мамой и бабушкой на митинг к Белому дому, когда мы в едином порыве кричали: «Пока мы едины, мы непобедимы». Я это очень хорошо помню.

Сестра дедушкиного брата была на всех этих событиях, и когда памятник Дзержинскому сбросили, она рассказывала в таком порыве, что какой-то молодой человек к ней подошёл, вручил ей какой-то осколок и сказал, что он из этого памятника.

1993 год был страшнее и трагичнее?

Он был страшнее и ярче. Это были уже сюжеты, а я тогда стал очень сильно интересоваться службой в армии. В конце 1994 года я внимательно смотрел за тем, как развивалась первая Чеченская кампания, а я к тому времени с большим интересом относился к старшему поколению, которое служило в армии. И вообще я для себя считал, что это обязательный этап в жизни и лучше всего его пройти подготовленным и знать, что ты хочешь от этого этапа получить.

Это очень странно. Потому что мы в то время потеряли одну страну, а вторая ещё толком не образовалась. Первые кадры в декабре были очень унизительными – плачущий майор, много пленных. Очень страшно было.

Я это воспринимал с юношеской позиции. Был фильм Соловьёва «Нежный возраст». Там очень острые ощущения молодого человека, когда всё прошлое разрушено, у тебя впереди вся жизнь, но ты не понимаешь, что это за жизнь. Но это было нацелено на 3-4 года старше моего возраста. Поэтому на тот момент я всей масштабности этого не понимал. Я смотрел на картинку, глубины поражения и горя людей я не до конца понимал.

В военкомат вы заявились сами?

Даже до того, как прийти в военкомат, я попрыгал с парашютом специально. Пришёл туда, стройно доложил на этом ковре, что хочу служить в ВДВ. Хотелось романтики. За всю жизнь где-то больше 20 раз я прыгал с парашютом. Служил с 1996 года по 2000 год и как раз попал в тот период, когда количество прыжков было не очень большим. Не на что было прыгать, финансы. Я на гражданке прыгнул больше, чем в армии.

Какое ощущение вы испытываете перед прыжком?

Первый раз их вообще нет. Особенно перед прыжком, потому что не понимаешь, что тебе предстоит. Стоишь в снаряжении, ликующий момент после выхода из самолёта и после раскрытия парашюта. Я даже очень сильно в тот момент закричал – это было феерично. А вот второй прыжок, на этот раз с вертолёта, было волнительнее. Вертолёт поднимается, а у тебя всё остаётся на земле – примерно такое ощущение.

В фонтанах купались?

Было, да. Каюсь. Разочек.

Ощущение, когда вы приехали в Югославию и вы солдат.

В отличие от обычного несения службы, например, в карауле ты предупреждаешь голосом, там я помню чётко: стреляешь в воздух, в землю, по ногам. Тогда не было боевых действий. Мы были линией разграничения между Боснийской республикой и Мусульмано-хорватской федерацией. Нашей задачей было сопровождение всех военизированных подразделений. Ощущение были больше от того, что ты живёшь там, где была война: там, где разрушенные дома, от разрыва снарядов пробоины в высотках, порушенные мосты.
Условия службы были такие, что мы жили практически в окружении сербской деревни. У нас была возможность постоянно с ними общаться. Они очень хорошо относились. Именно в этом плане мне повезло – не было ощущения того, что ты живешь в окружении тех, кто к тебе относится отрицательно, как это было в других частях. Разговаривая с людьми о причинах, касающихся конкретного человека, каждая из сторон говорит: представь, у меня убита вся семья, что я буду делать? Я сделаю всё, чтобы отомстить. Война закончилась, объяснить, почему произошло, не может ни та, ни другая сторона.

Возвращаясь к событиям 1993 года, тогда я по телевизору смотрел переговоры и там кто-то из сотрудников спецподразделения говорит о том, что отомстит за смерь своих товарищей. Я в этот момент как-то утвердительно кивнул. А папа мне сказал: это же неправильно, и задача военнослужащего не мстить кому-то, а защищать мирное население и своих товарищей. Я тогда не понял по молодости лет, а потом осознал.

Для чего вы пошли в МВД? Нормальной жизни не хотелось?

Я не считал эту жизнь ненормальной и до сих пор так не считаю. Во-первых, было некое чувство того, что я смогу быть полезен, поскольку я понимал систему, дисциплину, единоначалие. Я пошёл учиться именно на очное отделение, потому что я на тот момент понимал, что я смогу себя проявить на учебе, там, где нужна постоянная дисциплина. Я понимал, что стану лучшим, если приложу для этого определенные усилия. Я сразу поставил себе цель о том, что я хочу закончить с хорошими отметками. А если говорить вообще про работу в органах внутренних дел, то для меня это было очень органично, особенно после армии.

Какое звание у вас?

Старшина в армии и лейтенант в милиции.

Кто для вас Калашников?

У меня была возможность сравнить разные виды вооружения, потому что там очень много было: американцы, турки, итальянцы. И я искреннее восхищение видел в глазах наших коллег, когда мы сравнивали образцы вооружения и при разборке и при стрельбе. Поэтому я понимал, что это гениальное изобретение. Насколько нужно быть уникальным человеком, чтобы понимать, что ты создаешь оружие, основная задача которого всё-таки защищать, а не нападать.

Что для вас Удмуртия?

Я когда узнал о том, что предстоит возможная работа в Удмуртии, я сразу понял, что это как-то очень для меня неспроста. Потому что тесть был родом из Удмуртии, мы планировали с ним поехать в Глазов по местам, где он рос. Он много рассказывал, как он в детстве перед школой ходил на реку, рыбачил. Мы долго планировали, а потом его не стало. Когда прозвучала Удмуртия, я понял, что это неспроста для всей семьи. И для супруги, которая ездила в Глазов в детстве, и для её мамы. Мы сейчас все вместе здесь живём: и кошка, и собака. Это с точки зрения каких-то философских рассуждений. А если в целом брать про регион, про города, людей, то я с большим удовольствием могу для себя сказать, что это очень интересно. Это совершенно другой уклад.

Удмуртия вас меняет?

Да. С одной стороны, я думаю, что я бы стал спокойнее, потому что уклад жизни здесь такой. Но работа мне не позволяет становиться спокойнее. Но возможность передвигаться в пределах республики и видеть разные уклады жизни и способность изменять их к лучшему – это очень меняет и дорогого стоит.

Появились любимые места в республике?

Мне очень нравится ехать на север, и дело не в Глазове. Ландшафт очень красивый.

Король и шут. Какие у вас взаимоотношения?

У меня, честно скажу, первая мысль, которая пришла в голову – это ассоциация с музыкальной группой. Очень хорошие взаимоотношения. Я когда один езжу в машине за рулём, то слушаю его довольно громко. Для меня «Проклятый старый дом» и «Фокусник» — это те композиции, которые нужно сделать погромче. Наряду с «Гражданской обороной».

Книги, которые повлияли на вас?

Не скажу, что есть какая-то книга, которая изменила мировоззрение. И как Владимир Семенович пел: «Нужные книжки ты в детстве...» Сейчас для меня очень интересна книга «Краткая история эволюции». С удивлением для себя узнал, что школьная программа хромает сильно по части истории человечества и эволюции. Сейчас она каким-то философским аспектом заставляет мозги переключить на совсем другое мнение. Помню, что как раз где-то в 20-25 лет очень сильно увлекся философией, и у меня в памяти засела книга испанского философа Хосе Ортега-и-Гассет «Восстание масс». Особенно то, что современное общество – это не одиночка в толпе, это толпа одиночек. И то, каким образом развитие повседневных способов удовлетворения своих потребностей на самом деле человека не всегда ведет к лучшему. Из этой книги очень интересные примеры о том, как раньше люди общались посредством письма. Примерно 6 писем в месяц, каждое из которых обстоятельно обдумывалось. И когда появилась электронная почта, в одно мгновение ты отправляешь письмо, теперь мы отправляем до 100 писем в день. Спрашивается: а стало ли нам лучше от этого? Это большой философский вопрос, касающийся развития, к чему оно приводит.

У меня был интересный опыт написания письма самому себе спустя 5 лет. Я тогда служил в армии и так получилось, что это было после Нового года, где-то 7 января. Я был уже накануне возвращения домой. Ты возвращаешься, перед тобой все двери и горизонты открыты. Как у Евгения Гришковца «На заре». Я тогда мог идти по улицам, отражаться в витринах, мне казалось, что все меня любят. Я ждал себе удивительной судьбы. Я перед этими большими воротами хотел для себя сформулировать: что же я хочу? Я поставил 2005 год и запечатал в конверт. А потом так получилось, что когда я открыл это письмо, дата и время были в разницей в одну минуту.

Про поэзию. Стихи помните наизусть?

Не очень много. Не буду лукавить и говорить, что регулярно читаю именно стихи. Я всё-таки скорее больше современное переложение каких-то авторов. Например, Цветаевой «Предок мой был скрипач…». С точки зрения поэзии не отпускает поэзия Башлачева. Что интересно, я в некоторых моментах полностью с ним не согласен. Но я абсолютно понимаю его позицию. Не разделяю взглядов, не разделяю чувства щемящей тоски, которая во многом перекликается с творчеством Чехова, какой-то глубинной безысходности. Пытался найти у Чехова в двух-трех фразах об отношении русской тоски. Настолько метко подмечено о том, что есть потребность и желание очень сильно потосковать и окунуться в неё. А у Башлачева фраза: «Я с малых лет не умею стоять в строю, меня слепит солнце, когда я смотрю на флаг». Это не оборот речи. Это жизненная позиция. Я совершенно не такой, но при этом я его понимаю. Это как есть дружба между людьми абсолютно разных мировоззрений, но при этом что-то их объединяет.

Если бы вам сейчас предложили стать главой какого-нибудь региона, согласились бы?

Я бы очень сильно подумал о том, смогу ли я. Это не кресло, не портфель, не чины, а большая ответственность за экономическое состояние и судьбы людей. Здесь нужно подумать не о том, что ты хочешь, а о том, что ты можешь. Это как вам сейчас предложили бы стать главным врачом кардиологического центра.

Как семья терпит ваш режим работы?

Стойко переносит все тяготы и решения. У меня очень сильный козырь, и я его не достаю. У меня семья военного. Супруга за время обучения поменяла 8 школ: Североморск, Мурманск, Питер, Москва, снова Питер. Переезды и понимание того, что есть большие задачи, и семья поддерживает главу, ей интересно, что он делает. У меня супруга сейчас находится в декретном отпуске, растит дочь вместе со мной. Это тоже откладывает определенный положительный отпечаток.

Какой у вас режим работы?

Рабочий день начинается как обычно – в 8:30 – 9:00, а заканчивается как придётся.

Когда вы домой приходили в 6 вечера?

В воскресенье.

Кто следит за вашим стилем одежды?

Нет никакого слежения. Есть две марки в отношении делового костюма, где мне не приходится ни выбирать, ни смотреть модную периодику. То же самое с аксессуарами. Я утром всегда знаю что с чем надеть.

Бегать начали до Бречалова?

Я начал бегать за 1,5 года до прихода в Общественную палату. Всегда себя считал в меру спортивным, каким-то молодцом. А когда стал играть в волейбол на регулярной основе в Москве, понял, что он как-то не очень помогает избавиться от лишних килограммов. Потом я начал заниматься бегом, кроссфитом, просто для того, чтобы поддерживать себя в форме. После этого мы два года подряд активно ходили в горы и понял, что я не зря это делал.

Чем будете заниматься на пенсии?

Очень хотел бы писать. Письма самому себе, в том числе. Оглянись на 5 лет назад, вспомни и скажи: ну как же так, неужели ты не видел? Писал бы точно не беллетристику.

С чего начинается ваша Родина?

Как ни странно, она у меня начинается с большого. Не с индивидуального дома и берёзки под окном. Для меня это государство со всеми его атрибутами: граница, суверенитет, право, система регулирования общественных отношений.

Спасибо за беседу. Вы очень интересный собеседник.

Мне было очень интересно, потому что старался ответить на все вопросы искренне и первое, что приходит в голову. Спасибо

2187
0