Закрыть

Экс-директор Ижевской республиканской типографии прокомментировал ситуацию вокруг предприятия

23:08, 13 декабря, 2015

По словам Виктора Рыдкина, по состоянию на декабрь 2014 года ИРТ была полностью загружена заказами, а на предприятии работали более 120 человек.

Ижевск. Удмуртия. Бывший руководитель ОАО "Ижевская республиканская типография" (ИРТ) Виктор Рыдкин высказал свою точку зрения на события, произошедшие на предприятии в декабре прошлого года, когда произошла смена руководства типографии.

Напомним, что 10 декабря нынешний директор ИРТ  Андрей Калошин опроверг информацию о возможной продаже имущества предприятия из-за просрочки по кредиту в 10 млн рублей, который типография взяла в 2012 году у ООО «Инком-Сервис». По мнению господина Калошина, задолженность республиканской типографии перед кредитором возникла, в частности, из-за действий ее прежнего руководства, оформлявшего большинство заказов не на государственное ОАО, а на частную компанию «Полиграфзащита», якобы подконтрольную сыну экс-директора.

В свою очередь председатель Союза журналистов Удмуртии Людмила Прокошева рассказала о массовых увольнениях работников ИРТ. В интервью корреспонденту ИА Сусанин Прокошева выразила мнение, что ситуация, в которой оказалось предприятие, искусственно создана для того, чтобы "не мытьем, так катанием освободить землю".

Виктор Рыдкин представил редакции ИА Сусанин свою версию развития событий, произошедших в стенах Ижевской республиканской типографии год назад, а также предоставил документы, согласно которым ОАО "ИРТ" на момент смены руководства имело более 300 постоянных контрактов и получало стабильную прибыль от работы.

Какая ситуация сложилась в типографии после вашего ухода с поста руководителя предприятия?

- Проблемы были неизбежны. Невозможно живое дерево разделить на две части и ожидать от него плодов. Впрочем, новому директору была поставлена задача лишь разделить два предприятия. Был вывод инициативного аудита правительства - "типографию" преобразовать в "хранилище активов". Со своей задачей он справился, преобразовал. А то, что 100 человек остались на улице, так ведь по людям задача не стояла. Ещё до увольнения я обсуждал в правительстве тему решить задачу в мягком режиме. Ведь оба предприятия под полной загрузкой. И загрузка – это торги, государственные контракты с четырёх торговых площадок. К примеру, загрузка марта - это результаты торгов января или даже декабря. Это и сроки, и закупленные материалы, производство, доставка да и ответственность финансовая и юридическая. Кто федеральными торгами занимался, хорошо должен представлять степень ответственности. Просил минимум год, пообещали полгода. Уложились по стахановски - за месяц. Лес рубят, щепки летят. Делянка вроде готова.

То есть полгода ждать не стали?

- У нас так бывает с "хозяевами" слова. Слово "дал", слово "взял". Всё встало на свои места, когда новый "начальник" запросил контроль над режимным предприятием (ООО "Полиграфзащита", копия уведомления есть в редакции ИА Сусанин) в первую неделю своего назначения. Когда "начальнику" стало ясно, что его "пасьянс" не складывается, всё закрутилось моментально. От 15 декабря, спустя всего 11 дней,  "Полиграфзащита" получает аж четыре уведомления о расторжении всех хозяйственных договоров по аренде площадей, оборудования, совместной работе. Причём с конкретными обвинениями в мой адрес и угрозами судебных разбирательств, возбуждением уголовных дел. Далее следуют приказы по усилению пропускного режима, началу инвентаризации и так далее. Так и появилось "начало" "конца" двух предприятий. Это значит уже было всё прокручено до назначения. Ведь только расторжение договора аренды – приостановление производства. Лицензия привязана к площадям.

Сколько сотрудников типографии были зарегистрированы в ОАО "ИРТ", а сколько в ООО "Полиграфзащита"?

- Знаете, если честно, для меня не было ни какой разницы, где сотрудник оформлен. Мы создавали режимное предприятие не для того чтобы  набить котомку. Нужно было выжить, сохранить коллектив. Здесь оформлялись на работу люди после школы, вуза и отсюда уходили на пенсию. Работали целыми семьями, поколениями. У большинства стаж более 20 лет. Поэтому разделение персонала было лишь юридически, а не физически. У нас был один коллектив, одна семья. Была своя профсоюзная организация, в которой состояло 97% человек. Был один коллективный договор, кстати, в 2011 году был лучшим в Удмуртии среди промпредприятий со штатом до 1000 человек. Самое страшное в том, что я уже не мог ни чем помочь. Агентства ещё не было, предприятие висело в воздухе. Формально оно относилось к Минкульту, но текущими делами отрасли заниматься было некому. Шло формирование правительства, словом было не до нас.

Руководство ИРТ предлагало другие варианты аренды помещений и оборудования?

- Особых планов не строили. Иллюзий не было. Договор аренды ИРТ готово было продлить лишь на смене тарифа аренды режимных площадей со 130 руб. за кв. метр до 9 тыс. руб. за метр в месяц. Кое как, с большим скрипом, сошлись на 3 тыс. руб. за метр плюс формировать 1 млн рублей прибыли для ИРТ каждый месяц. Договор подписывали уже 30 декабря. Нам нужно было выполнить и отгрузить заключённые контракты. И решили поэтапно сворачивать деятельность.

Почему, ведь вам был предложен компромиссный вариант аренды?

- Ну, мы же не деньги печатали, а бланки. Я не знаю, может люди, просто перепутали бланки с нефтью или бензином. Не знаю. Любое производство в России не даёт суперприбыли. Смотрите, даже при солидном товарообороте мы не имели возможности закупать новое оборудование. В полиграфии каждая новая единица это миллионы и десятки миллионов рублей. Займы дорогие, льгот нет, очень трудно обновлять машины. Республиканский полиграфкомбинат всегда был на особом положении. Его перевооружением занималось руководство Удмуртии. Там вложено более 200 млн рублей льготных кредитов. А в нас не вложила республика ни рубля. Мы никогда не были бюджетополучателями. Вся деятельность на полном хозрасчёте. Спросили же по полной.

А как Вы можете прокомментировать возбуждение уголовного дела и приговор Первомайского районного суда Ижевска, согласно которому своими действиями директор Рыдкин нанес ущерб Минимуществу региона и самой типографии в виде упущенной выгоды в 300 млн рублей?

-  Украдены? Да нет, конечно. То есть они были в виде выручки "Полиграфзащиты" за 7 лет. При чём, 50% были переданы в ИРТ по договорам подряда. Всё это легко проверяется. Да и свидетелей хватает. Конечно, я понимаю, кто то должен ответить за "стахановский почин".

Тем не менее, Вы не стали оспаривать приговор и признали свою вину.

- Да, я написал заявление о рассмотрении дела в особом порядке. Это отдельная тема. Давайте посмотрим здраво. Оборот предприятия подразумевает выплаты всех налогов? Подразумевает. Половину выручки получила ИРТ, не Виргинские острова, с которых тоже заплатила  соответствующие налоги во все бюджеты. Да, да вся сумма прошла через налоговый учет в Удмуртии. По уголовному делу пострадавшая сторона – бюджет Удмуртской Республики. Потому что выручка там преобразовалась в прибыль, которую бюджет не получил. Поэтому и судья и вынес приговор без уголовной судимости. А согласился я на обвинение лишь потому, что не остановил письмо сотрудников ИРТ в адрес Президента России. Это единственное, в чём я раскаиваюсь. Наверное можно было как то урегулировать всё на месте, не вынося из избы. Простите, виноват. Вообще на Пастухова всегда работал боевой народ.

Сколько вы работали на Ижевской республиканской типографии?

- 18 лет. Знаете, я ведь начинал в 1997 с глубины долга по зарплате в 3 месяца. Со свинцового набора. В первый год вывезли 60 тонн свинца в лом. А в 2013 году для ФМС РФ изготовили 150 тыс. экземпляров "Свидетельств вынужденных переселенцев…". Это уже паспортная технология. Бланки пошли для беженцев с Украины. Да и в Удмуртии работы хватало. ИРТ прогоняло ежегодно 200 – 350 своих не режимных контрактов. "Полиграфзащита" имела ежегодно 600- 800 своих контрагентов. Причём, в 30% отгрузок – это Удмуртия: больницы, поликлиники, училища, техникумы, вузы, районные и городские администрации, туристические агентства. В этом году могли запустить производство аттестатов школ. Жаль, у нас была единственная лицензия в ПФО. И так глупо всё потерять.

Почему вы не предложили готовый бизнес в виде "Полиграфзащиты" новому директору республиканской типографии?

- Я не люблю азартные игры. Чтоб потом дипломами торговали в подворотнях? Люди пришли не работать. Люди пришли за "ключом от квартиры…", и желательно золотым. В 2014 году общий оборот двух предприятий был без малого 150 млн руб. Всю продукцию выполнили производственным или цеховым персоналом в 60 человек. Но ведь на предприятии работало 128 человек. Да, я держал людей. Готовились к переходу на посменную работу. Аттестаты могли дать эту загрузку. Это мечта на любом производстве. Не успели, нам не хватило года. Реально могли добавить выручку ещё на 100 млн руб. Да, вот здесь бюджет и потерял. Да и людей жалко. Кадры в полиграфии готовятся годами. В "защищённке" ещё сложнее. Гознак в Перми. Далеко, готовили своих, учились все вместе.

Где сейчас работают сотрудники типографии, оставшиеся без работы?

- Ну куда я заберу 120 человек? Да даже 60? В чисто поле? Люди на заводах, в частных типографиях, на пенсии, по домам сидят. Да, мало ли что говорит новый начальник. В январе он получил за месяц аренды миллион, 2,8 миллиона за услуги. Не было долгов. А 2 февраля замки на дверях и запрет на пропуск сотрудников "Полиграфзащиты". Ждал очередной миллион за февраль и аванс за март… Странный "товарищ"! Сейчас идут арбитражи. Суд по спорному оборудованию ООО "Полиграфзащита" выиграло. В этом месяце суд по тарифам аренды площадей. Жаль времени. У молодых его много…  Да, есть ещё один момент. Я ведь, оказывается, рецидивист. Сам не знал. Судим за мошенничество, по 159 статье УК РФ.

Это неправда?

-  Скажем так "ложная информация", которая прошла по официальным каналам везде. С подачи нового начальника в Минимущество, из Минимущества в Москву. Даже в Федеральную налоговую службу России, в лицензирующий орган пришло соответствующие письмо. Поэтому и говорю. Меня спросили, я ответил, кажется за всё.

3632
0
?>