Закрыть

Зачем летать, коль проще ползать?

Как вы относитесь к высоте? В прямом смысле этого слова, безо всяких подтекстов. Что обычно испытываете, если выходите на балкон в районе девятого-десятого этажа. Или даже выше. Поднимаетесь по пожарной лестнице или моете окна. Если честно, я высоты побаиваюсь. Начинается непонятное головокружение, темнота перед глазами, подозрительная ватность в ногах и мозги теряют четкость мыслеобразования. Ничто, кроме реальной угрозы жизни и здоровью не сможет заставить меня пройтись по карнизу или залезть на телевизионную башню. И уж тем более, если нужно для простого развлечения забираться на отвесные скалы, прыгать с парашютом или прокатиться на американских горках. Даже не уговаривайте. Напрасно свои силы потратите, а результат будет нулевой. «На слабо» я не развожусь.

Есть, конечно, определенный соблазн побороть свой трепет перед вершинами, но зачем? Было. Старалась. Мол, как это я буду работать с людскими страхами, коли не могу справиться со своими? Однажды, из соображений воспитания силы духа, пошла с подружками на колоннаду Исаакиевского собора. Пока дорога в башне была закрытой – процесс шел нормально. Но когда мы стали подниматься по старой, узкой, потерной временем и тысячами человеческих подошв открытой металлической лестнице, я остолбенела. Вцепилась в тонкие поручни и поняла, что не могу идти. Ни вперед, ни назад. И сдвинуть меня с места уговорами не получится. Только вырезать болгаркой. Снимать краном. Вместе со ступенями. Я не слышала увещеваний спутниц и даже потеряла счет времени. Страх затмил все!

Вернула меня в реальность большая группа итальянских туристов. Человек пятнадцать-двадцать. Крикливых, экспрессивных и бесцеремонных. Сработало не чувство вины, уважение к гостям или банальное любопытство. Мне почему-то пришло на ум, что они-то точно не будут меня ждать или обходить. И уж тем более вырезать циркулярной пилой. Я испугалась, что они просто вытолкнут застывшую девушку со ступенек вниз. Разобьюсь к черту. А им все простят. Иностранцы же. Валюта. Один ужас перебил другой, более кровавый. Едва дыша, я медленно начала подниматься. Хотя в глазах по-прежнему все плыло. Итальянцы ничего не заметили.

Красоты Санкт – Петербурга с высоты птичьего полета меня не отвлекли. Какая там панорама, какое расслабление, если в голове стучит, ноги плохо ходят, а ладошки холодеют от жути происходящего? Доминирующая мысль одна. Вниз, вниз, вниз! А то упаду. Неизвестно как, но насмерть. Ненавижу себя за то, что согласилась на эту аферу. Тоже мне, экспериментаторша! Хочу, чтобы все это прекратилось. Прямо сейчас. А то я не знаю, что сделаю. Хочу на землю. Я обожаю твердую поверхность грунта. Любого. Я готова целовать асфальт. Пусть окурки и собачьи какашки. Зато там безопасно. Кому как, а мне явно проще смотреть на крыши зданий снизу вверх. Не птица я и ладно. Переживу и буду счастлива. Рожденный ползать, летать не может. Гены не позволяют. Зато и не разобьется. Это абсолютная правда.

Спускалась я более решительно. Хотя страх не прошел. Не стал привычным и менее впечатляющим. Наоборот. Скорости добавляло отчаяние. Опасение, что я застыну на верхотуре опять, и уже ничто не сможет вернуть меня обратно. Умру здесь, к чертям собачьим. Присоединюсь к гранитным колоннам, истлею до скелета, и мои останки будут показывать любопытным туристам за особую плату. Поэтому торопилась очень. Почти бегом. Практически с закрытыми глазами. На едином дыхании. Забыв про спутниц и потраченные деньги.

Успокоилась я только на земле. Сразу не поверила счастью. Ей-ей, потрогала каменные плиты основания собора, вышла за ограждение, села на скамейку. Все, добралась. Жива. Никакого выброса эндорфинов, эйфории, роста уверенности в себе или элементарного удовольствия от поступка. Скорее наоборот. Стыд и слезы. Начала себя ругать. Типа, дура, бестолковая. Чего понеслась туда, куда не следует? Приключений, блин, захотела на свою задницу! К чему эти испытания организма на прочность? Сплошное издевательство, не более. Тем более, что страх высоты у меня с раннего детства. Все ведомо и проверено. В очередной раз убедилась в том, что было и так очевидно. И то ладно. Больше не полезу. Ни за какие коврижки! Борьба со своими недостатками — дело достойное. Но, порой, неуместное. Иногда разумнее сдаться и пойти обходным путем.



Вобщем, я сегодня о фобиях. Вернее, об изолированных страхах. Это когда человек боится чего-то одного. Высоты, крови, темноты, пауков, замкнутого пространства, глубины, воды. Грязи, микробов, болезней, покраснения, выступления перед аудиторией. Насекомых, мостов, кладбищ, книг. И так далее и тому подобное. Их масса. На любой вкус, цвет и форму. Фактически, бояться можно всего. И каждой такой фобии придумано заковыристое название. Некоторые носят генетический характер, связаны с угрозой жизни и целостности человека. Другие обусловлены общественными нормами и моралью. Порой страх проявляется как результат негативного или болезненного опыта. Это так называемые реактивные страхи. Фишка даже не в этом. Дело в том, что они есть у всех!

Да, да, да! Боятся все. Без исключений. Дети и старики. Мужчины, женщины. Спасатели, военные летчики, водолазы. Если кто-то где-то уверяет вас в своем абсолютном бесстрашии, то будьте уверены – он нагло врет! Или не знает, о чем говорит. Либо глуп как пробка. Тем более, что чем выше интеллектуальный потенциал человека, тем вероятнее, что он начинен фобиями.

Несколько лет назад в СМИ прошла информация о чудом спасенных детях 11-12 лет. Они заблудились в зимнем лесу и находились на открытом воздухе чуть более полутора суток. Включая ночевку в сугробе. Их нашли сотрудники МЧС. Кроме легких обморожений щек и носа — никаких повреждений. Фантастика? Возможно, действительно повезло. Но специалисты отметили еще и правильное поведение детей. Они не испугались, постоянно находились в движении и использовали элементарные знания по ОБЖ на практике. Замерзнуть-то можно и в более краткие сроки, но их спасло спокойствие. В чем подвох, спросите вы. Это были воспитанники школы-интерната для детей с умственной отсталостью.Именно легкая интеллектуальная недостаточность ребят позволила им не впасть в панику и вести себя правильно. В целях выживания до прихода помощи взрослых. Мыслей «что будет, если нас не найдут», у них даже не возникло. А ведь подобные размышления вполне естественны в таком положении. Были бы на их месте умники да умницы, все могло бы обернуться иначе. Куда как трагичнее.

Вот уж действительно, что горе от ума, а счастье, подчас, именно в безумии. Тут подумаешь, прежде чем смеяться над трусами. Может быть, как раз у них более адекватная реакция на сложившиеся обстоятельства?

Еще раз повторю, что причины страхов могут быть самые разнообразные. При общей схожести клинической картины. Но всегда глубокие. Примерно, как с повышением температуры. Гипертермия — обязательный симптом самого широкого спектра заболеваний. От банальной ОРВИ до опухолевого процесса. Причем по своей функциональной значимости страх, как и повышенная температура, играет роль защиты. Заграждения, которое отделяет вас от чего-то фатального. Чувствуете, куда я клоню, нет?

Если симптом есть благо, то имеет ли смысл столь отчаянно и решительно с ним бороться до победного финала? Особенно всеми этими неаналитическими методами из разряда поведенческой психотерапии. То, что я сама с собой пыталась провести на колоннаде Исаакиевского собора. Это когда несчастного вынуждают раз за разом переживать ужас собственных фобий, надеясь на постепенную десенсибилизацию. Или, попросту, привыкание. Жестко, жестоко, но далеко не всегда эффективно. Зато для терапевта рисково. Запросто побить могут. Без смеха. И чревато обострением невротической симптоматики клиента.

Любые фобии у любого человека могут то актуализироваться, то переходить в почти незаметное состояние. Чем больше у вас внутри накопилось напряжения, тем вероятнее, что и страхи усилятся. Даже если до этого их не было в принципе!

Дело, повторяю, не в самом наличии страха вообще. А в его интенсивности, стойкости, провоцирующих факторах, степени нарушений привычного поведения и уровня влияния симптома на жизнь человека в целом. Разберем на моем примере. Да, я подвержена акрофобии. Но только тогда, когда высота под моими ногами превышает три метра и поверхность пола не сплошная. По хорошо огороженному балкону с непрозрачным основанием я передвигаюсь вполне спокойно. Абсолютно не боюсь летать на самолетах и систематически мою окна на своем восьмом этаже. Перехожу по мостам почти без трепета. Невозмутимо смотрю фильмы про альпинистов и репортажи о скоростном спуске на горных лыжах. В повседневной жизни этот страх мне никак не мешает. Сплю отлично, ем — тоже, кошмары по ночам не беспокоят. Моя обычная деятельность не связана с высотой. Вряд ли я когда-либо испытаю желание вести консультации клиентов в кабине башенного крана. Если только за очень большие деньги. Думаю, они сами не согласятся.

Когда заходит речь о терапии изолированных фобий, всегда стоит задуматься. Усилия не должны превышать ожидаемый результат. Свалитесь ненароком, пока производите высотную десенсибилизацию-то! Аналитические методики медленные, но верные. Причем, если анализировать, то со страхов ли начинать? К примеру, вы медсестра, но панически боитесь вида крови. Боретесь. Усиленно и сосредоточенно. По всем правилам поведенческой психотерапии. Так сильно сражаетесь, что пару раз падали в обморок рядом с ничего не подозревающим пациентом. Представьте живописную картину. Недавно продырявленный вами страдалец расслабился после инъекции. Прямо как был, со спущенными штанами, и ваткой в руке. А что, дело сделано, доза получена! И тут вы внезапно грохнулись на пол. От вида крови на шприце. Но человек-то в недоумении. Что случилось? Правомочно ли помогать обездвиженной процедурной медсестре? Это ведь она в халате! И если можно, то чем? У больного, надо полагать, нет медицинского образования.

Пожалуй, вы польстите мужчинам, но что делать с дамами? Возможно, вы вынудите своих подопечных начать испытывать страх перед бездыханными медицинскими сестрами. Или, что вероятнее, вызовете дисморфофобию. Мол, я такая толстая, что даже медсестра потеряла сознание от вида моей пятой точки. Злостная ятрогения налицо! Потом замучаешься лечить нервную анорексию. В любом случае, наивно ожидать, что пациенты проникнутся участием к вашей борьбе за их счет. Так что будет логичнее не мучиться и сразу выбрать занятость без риска увидеть кровотечение. А состояние ужаса перед алыми пятнами проанализировать мирно да тихо в кабинете специалиста. Не шокируя посторонних. Может быть, ваш страх усилился в результате общего недовольства условиями работы и родом деятельности?

Я вполне серьезно. Страх – наш друг. Хотя мы его не всегда понимаем и любим. Но он такой бескорыстный, что игнорирует наши ругательства. Стоит много раз подумать, прежде чем от него избавляться. Во всяком случае, быстро и бездумно. Снести забор не сложно, но готовы ли вы увидеть то, что сами спрятали туда много-много лет назад? Даже больше. Не только увидеть, но и принять себя такого. С особенностями.



Кстати, о страхе высоты. После бесславного ступора на колоннаде Исаакия я зареклась лазить на вершины. Хоть что делайте, хоть как дразните. Любые издевки выслушаю, не моргнув и глазом. Я вам не машина для краш-тестов. Штурмуйте сами. Чем однажды, во время экскурсии на Красную Поляну, сильно удивила экскурсовода. Мол, а зачем вообще ехали, раз не хотите покататься на канатке? Все боятся, а потом радуются и благодарят, что заставили. Впихнули, толкнули, подзадорили. Но я уперлась еще на земле. На меня косо посмотрели, да плюнули. Чай не королевна, хотя и с причудами. Я отлично провела время. Поверьте, лучше гор могут быть только предгорья и местное население. Без спешки прогулялась по окрестностям, позагорала на пригорке, отведала местной дикой ежевики, познакомилась с ящерицами, пообедала в ресторанчике. Стала свидетелем схватки торговки медом с местной лопоухой свиньей. Хавроньи там вольно разгуливают, одни или с выводком. Хрюкают и роют рылом все, что хорошо лежит. Чем наносят урон спекулянтам. Было забавно. Потом я изловила рукой форель в фонтане. Могла и двух. Жарко было, рыба дремала. Правда, это абсолютно незаконно и штрафуется при обнаружении. Но персонал смотрел в другую сторону. Произошло маленькое ЧП.

Подъёмник сломался. Большая часть нашей группы повисла в воздухе. Честно. Они провели сорок пять минут в хрупкой люльке на высоте сотни метров! Над горами, долами и покосами. В полном неведении, что случилось и когда закончится. Потом рассказывали, что даже у самых закаленных сдали нервы. Особенно у тех, кто ехал позади своих детей. Было видно, как отпрыски бьются в панике. Некоторым повезло доехать до вершины горы. И они там мерзли, в ветровочках, среди снегов. Волнуясь о невозможности спустится. Вобщем, экскурсия для большинства не удалась. Обратный путь прошел в упреках и разборе полетов. Особенно досталось экскурсоводше. За усердное выпинывание граждан на канатную дорогу. Тем более, что все это влетело несчастным в копейку и никто им финансы возвращать не собирался. Налицо преступный сговор! Предводительница наша огрызалась и жаловалась, что данный простой сбил ей весь рабочий график. Поскольку уже должна везти другую группу в другое место. Я внимала дискуссии, не вовлекаясь. Могла себе позволить.

Вобщем, я против экстрима. Как в жизни, так и в работе. Преодоление страха действительно заключается в том, чтобы пройти сквозь него! Все-таки сделать то, что боишься. Но не обязательно все брать штурмом! Тише едешь, дальше будешь. А страхи тоже могут быть богатством. Если подходить к ним с умом. Проверено на своей шкуре.



Источник: Ваш психолог

* Заметки в блогах являются собственностью их авторов, публикация их происходит с их согласия и без купюр, авторская орфография и пунктуация сохранены. Редакция ИА «Сусанин» может не разделять мнения автора.

1282
0