Закрыть
Поиск по тегу: #Удмуртия #Ижевск #Можга

Закон об ИИ: что важно знать бизнесу, разработчикам и всем пользователям

17:52, 20 октября, 2026
Закон об ИИ: что важно знать бизнесу, разработчикам и всем пользователям
17:52, 20 октября, 2026
574
0
Источник фото: ИИ
0

Федеральный закон закрепляет общие принципы регулирования искусственного интеллекта, а в марте 2027 года заработают новые положения.

С 1 сентября 2026 года в России действует основная часть положений федерального закона № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». Документ регулирует разработку, внедрение и применение больших фундаментальных моделей ИИ, а также определяет полномочия государства в этой сфере. Ряд положений начнёт действовать с 1 марта 2027 года.

Что изменится для обычных пользователей и бизнеса, кто будет отвечать за ошибки нейросетей и какие вопросы пока остаются без ответа, эти и другие моменты «Сусанину» объяснили президент Адвокатской палаты Удмуртии Людмила Васильевна Лямина, член Нижегородской областной коллегии адвокатов Кирилл Сергеевич Шапкин (а/к № 21 НОКА), член Адвокатской палаты Приморского края Павел Бобрович и автор книги «AI-Человек» Егор Рудометкин.


Закон задаёт рамки

Людмила Васильевна отметила, что новый закон пока нельзя назвать подробной инструкцией по использованию нейросетей. Он определяет базовые понятия и общие принципы, а дальнейшее регулирование будет развиваться в подзаконных актах.

«Это закон рамочный. Он просто установил, грубо говоря, границы и определил сферы регулирования», — объяснила адвокат.

Документ регулирует отношения в сфере разработки, внедрения и применения больших фундаментальных моделей искусственного интеллекта. В частности, он закрепляет понятия суверенной и национальной моделей ИИ и предусматривает меры по развитию отечественных технологий.

Кирилл Сергеевич считает важным само появление искусственного интеллекта в качестве отдельного предмета законодательного регулирования.

«Здесь актуально процитировать слова Нила Армстронга. То, что это маленький шажок для человека, но огромный скачок для всего человечества. Дело в том, что на законодательном уровне искусственному интеллекту присвоен статус именно интеллекта, а не программы. Это самый главный момент, что на законодательном уровне признали искусственный интеллект. Искусственный интеллект до этого воспринимался как права интеллектуальной собственности либо как инструмент», — рассказал адвокат.

Егор Рудометкин обращает внимание на практическую сторону нововведений. По его словам, закон закрепляет роли участников технологического процесса — разработчика, оператора и пользователя.

«Если совсем просто: у ИИ появились правила дорожного движения, и в них прописано, кто за что отвечает», — объяснил он.

По словам Рудометкина, до принятия закона компании и суды ориентировались на нормы законодательства об информации и Гражданского кодекса. Теперь участникам рынка предстоит учитывать новые определения и требования.

При этом Павел Бобрович подчёркивает, что закон не следует воспринимать как единый запретительный кодекс для любой программы с алгоритмами. Он регулирует определённую категорию технологий, поэтому специальные требования нельзя автоматически распространять на все нейросети и всех пользователей.

Когда потребуется использовать только отечественный ИИ

Закон предусматривает развитие российских суверенных и национальных моделей искусственного интеллекта. Однако это не означает, что все компании и пользователи обязаны отказаться от зарубежных сервисов.

6 октября премьер-министр Михаил Мишустин заявил, что правительство будет определять случаи, когда в чувствительных сферах, включая критически значимую инфраструктуру, допустимо использовать исключительно суверенные или национальные фундаментальные модели ИИ. Об этом сообщила «Парламентская газета».

По словам главы правительства, при внедрении отечественных решений также предстоит адаптировать правила закупок с учётом характеристик моделей, объёмов их применения и необходимости сохранять конкуренцию между участниками рынка.

Таким образом, ограничения будут зависеть от сферы применения технологии и решений правительства. Специальные требования к отечественным моделям нельзя автоматически распространять на все нейросети.

Нужно ли маркировать контент от нейросети

Отдельное внимание в законе уделено предупреждениям об использовании искусственного интеллекта при создании аудио- и визуальных материалов. Соответствующие нормы предусматривают возможность сообщать о том, что контент создан с помощью ИИ.

Людмила Лямина пояснила, что речь не идёт о безусловной обязанности каждого пользователя самостоятельно маркировать любой материал, созданный нейросетью.

«В законе норма изложена так, что разработчик должен обеспечить возможность этой маркировки. Потому что написано: обеспечивается возможность размещения информационного предупреждения о применении технологии искусственного интеллекта. Это не обязанность», — пояснила она.

Кирилл Шапкин также отметил, что ответственность для обычных граждан за отсутствие такой отметки пока не предусмотрена.

«Законодательно закреплена обязанность предоставить возможность ставить этот значок. Но ответственности для граждан за то, что они не будут ставить этот значок, пока не предусмотрено», — сказал адвокат.

Павел Бобрович уточняет, что статья 9 закона предусматривает возможность размещения предупреждения при создании аудио- или визуальных материалов с помощью ИИ. Аналогичную возможность должны обеспечивать определённые законом крупные интернет-площадки с аудиторией более 500 тыс. российских пользователей в сутки.

При этом формат и содержание предупреждения, а также порядок его размещения определяются соглашением пользователя с лицом, предоставляющим модель. Поэтому норму нельзя трактовать как требование снабжать любой текст, созданный нейросетью, единым государственным знаком.

Егор Рудометкин объясняет, что маркировка может быть видимой — например, в виде надписи, — или скрытой, встроенной в файл. Однако технические отметки могут потеряться при копировании, создании скриншота или пересохранении материала.

По словам эксперта, поэтому при распространении контента важно учитывать не только наличие отметки, но и ограничения конкретного способа маркировки.

Кто будет отвечать за ошибку нейросети

Ещё один вопрос касается ответственности за решения и материалы, созданные с помощью искусственного интеллекта.

Президент Адвокатской палаты Удмуртии считает, что в конкретной ситуации ответственность может лежать на организации, которая использует ИИ. Например, если банк применяет модель при принятии решения о выдаче кредита, отвечать за ошибку может сам банк.

Похожий принцип может действовать и при создании контента: если журналист или блогер публикует информацию, полученную от нейросети, не проверив её, претензии могут возникнуть к автору публикации.

«Ответственность несёт тот, кто применяет вот эту большую фундаментальную модель для того, чтобы выдать контент», — пояснила Людмила Васильевна.

Кирилл Шапкин отмечает, что участникам рынка предстоит выстроить более чёткие правила взаимодействия. При этом вопрос ответственности за конкретный результат необходимо рассматривать с учётом обстоятельств дела и действующего законодательства.

Павел Бобрович дополняет, что статья 11 нового закона отсылает к действующим правовым нормам. Сам искусственный интеллект не становится самостоятельным ответчиком. Для решения вопроса о возмещении ущерба необходимо установить, чьи действия привели к нему, есть ли причинно-следственная связь и какие правовые основания применимы в конкретном случае.

«Пользователь, публикующий порочащую информацию, и разработчик, нарушивший собственные обязательства, находятся в разных правовых ситуациях», — поясняет адвокат.

Автор книги «AI-Человек» Егор Рудометкин также считает, что использование ИИ не освобождает человека от ответственности за результат. «Ошибка в договоре, который составил ИИ, — это ошибка юриста, который договор не прочитал», — сказал эксперт.

По его словам, если компания использовала нейросеть и не проверила результат, ответственность может возникнуть у неё. Если же сам сервис работает не так, как обещано, например, допускает утечку пользовательских данных, вопросы могут возникнуть к разработчику или поставщику технологии.

При этом отдельные нормы об ответственности за использование ИИ уже существуют в других законодательных актах. Например, законодательство о персональных данных предусматривает ответственность за незаконный сбор и обработку информации о человеке.

Пользовательские соглашения и авторские права

Ещё одна проблема, которая может формировать судебную практику, — права на материалы, созданные нейросетью, и произведения, использованные для обучения моделей.

Людмила Лямина советует пользователям внимательно читать условия конкретных сервисов. В соглашении может быть указано, кому принадлежат права на сгенерированный материал и какие ограничения действуют при его коммерческом использовании.

«То есть пользовательское соглашение надо будет обязательно смотреть, чтобы не попасть в неприятную ситуацию», — подчеркнула эксперт.

Кирилл Шапкин также считает, что в дальнейшем предстоит выстроить более чёткие правила взаимодействия разработчиков, пользователей и правообладателей.

«Закон регламентирует взаимоотношения между людьми, у которых есть объекты интеллектуальной собственности», — отметил адвокат.

Павел Бобрович обращает внимание на то, что использование нейросети само по себе не отменяет действия норм Гражданского кодекса об авторстве и исключительных правах. Создание материала с помощью ИИ не означает, что чужие произведения разрешено свободно использовать или распространять.

Егор Рудометкин со своей стороны советует компаниям заранее закреплять в договорах с подрядчиками, применялся ли ИИ при создании результата и кому принадлежат права на него.

Эксперт также выделяет три вопроса, которые пока требуют дополнительного регулирования. Первый — кому принадлежат права на текст, изображение или музыку, если человек только сформулировал запрос для нейросети. Второй — на каких условиях произведения использовались для обучения моделей и должны ли авторы получать вознаграждение. Третий — кто отвечает за действия ИИ-агентов, способных самостоятельно отправлять письма, оформлять заказы и готовить документы.

«Если сделку провёл агент, кто её заключил? Ответа у закона пока нет, а агенты в компаниях уже работают», — отмечает Рудометкин.

Как бизнесу подготовиться к новым правилам

Хотя часть положений вступит в силу только в марте 2027 года, Егор Рудометкин советует компаниям заранее пересмотреть практику работы с нейросетями.

По его мнению, организациям стоит определить, какие сведения сотрудники передают моделям, и исключить из запросов конфиденциальные данные, включая паспортные сведения, медицинскую информацию и данные клиентов, если для их обработки нет надлежащих оснований.

Ещё одна мера — разработать внутренний регламент использования ИИ. В нём следует обозначить, какие задачи разрешено передавать нейросетям, какие сведения запрещено загружать в сервисы и кто проверяет полученный результат.

Павел Бобрович подчёркивает, что конкретные обязанности зависят от роли участника, вида модели и применимых положений закона. Поэтому компаниям важно не только принять внутренние правила, но и проверить условия используемых сервисов, договоры с подрядчиками и требования к обработке данных.

ИИ в судах, медицине и госуправлении

Новый закон предусматривает внедрение больших фундаментальных моделей в ключевых отраслях экономики, социальной сфере и государственном и муниципальном управлении.

По словам Людмилы Ляминой, отдельные направления уже начинают готовиться к использованию таких технологий. «Верховный Суд уже утвердил концепцию внедрения ИИ в судопроизводство», — рассказала адвокат. Предусмотрен поэтапный план внедрения технологий, в том числе в работу судей.

При этом эксперт считает, что для медицины, образования и других социально значимых сфер потребуются отдельные правила.

«Минздрав, наверное, примет свой приказ о внедрении ИИ в медицинских учреждениях. В сфере образования, — скорее всего, Минпросвещения», — предположила она.

По мнению адвоката, здесь особенно важен вопрос человеческого контроля.

«Это всё равно не исключает ошибку при применении вот этой большой фундаментальной модели. А это слишком значимые отрасли — медицина или образование. И там ошибка, сами понимаете, может стоить серьёзных последствий», — сказала Людмила Лямина.


Что ещё предстоит урегулировать

Эксперты сходятся во мнении, что многие практические вопросы станут понятнее по мере появления подзаконных актов и судебной практики.

Среди ключевых тем — распределение ответственности между разработчиками и пользователями, защита персональных данных, права на сгенерированные материалы, происхождение обучающих данных и применение ИИ в чувствительных сферах.

Людмила Лямина подчёркивает, что говорить о полностью сформированном регулировании ИИ пока рано. Кирилл Шапкин обращает внимание на необходимость дальнейшего развития правил взаимодействия между разработчиками, пользователями и правообладателями.

Павел Бобрович добавляет, что конкретные обязанности будут зависеть от роли участника, вида модели и применимых норм законодательства.

Основная часть положений закона, касающаяся, в частности, обязанностей разработчиков, требований к моделям и маркировки материалов, начнёт действовать только с 1 марта 2027 года. Для пользователей же многие практические вопросы будут зависеть от последующих решений правительства, профильных ведомств и формирования судебной практики. 

574
0